VPN в России: адаптация пользователей к цензуре

Результаты

Путь пользователя

На основе данных, полученных в процессе проведения фокус-групп, был составлен путь пользователя (user journey), включающий в себя поиск и выбор сервиса для обхода блокировок, непосредственно опыт его применения и сопряженные трудности, а также условия при которых пользователи готовы отказаться от использования VPN (см. подробнее в прикрепленном файле).

Согласно результатам исследования, люди скачивают бесплатные VPN из первых строк выдачи в поиске AppStore/PlayMarket, но выбирают платный сервис по рекомендациям друзей и близких, либо организаций и блогеров, которым они доверяют, в последнюю очередь руководствуясь отзывами в AppStore/PlayMarket.

Оплата VPN для многих пользователей стала считаться частью необходимых расходов домохозяйств наравне с оплатой интернета. Возможность подключать несколько устройств к одному аккаунту VPN превращает подписку в коллективную инфраструктуру и повышает издержки от смены сервиса — поэтому люди стараются не менять провайдера без веского повода.

Респонденты подтверждают, что пользуются несколькими сервисами параллельно, в зависимости от того, какой хорошо работает в данный момент. Ухудшение работы того или иного сервиса ведет не к отказу от VPN как технологии, а только к перераспределению пользователей между сервисами.

Люди, уже использующие VPN, нередко становятся узлом продвижения: советуют сервис, делятся ключами, подключают близких к своей подписке, устанавливают и настраивают VPN тем, кто не справится сам (преимущественно старшим родственникам). Складываются уникальные формы кооперации — например, технически грамотный человек может настроить и поддерживать self-hosted сервис, к которому подключает новых пользователей и их семьи (только личных знакомых) за некоторый вступительный взнос, который идет на оплату сервера.

Материалы фокус-групп показывают, что информанты не готовы отказываться от обхода блокировок. Они выделяют только два сценария при которых могут поменять мнение: резкое ужесточение законодательства (уголовные сроки за VPN) или отмена блокировок как таковых. Также упоминаются кейсы перехода на незаблокированные ресурсы в связи с утомлением от проблем с доступом и необходимостью быть на связи (например, по работе).

Пользователи в России переживают ощущения распада и деградации инфраструктуры. Нередко в ходе фокус-групп упоминается, что в случае, когда что-то не работает, информанты затрудняются определить, связано ли это с блокировкой со стороны властей России, блокировкой или сбоями со стороны сервиса, с неполадками VPN или с проблемами со связью в целом.

VPN как инструмент защиты

Ещё одним фокусом интереса исследователей стало восприятие VPN в контексте личной кибербезопасности. Соответствующий блок вопросов был направлен на уточнение осведомленности в отношении кибербезопасности, используемых средствах защиты, восприятии угроз.

Согласно полученным данным пользователи VPN в России не рассматривают эти сервисы в качестве защиты (некоторые даже видят в них потенциальную угрозу — опасаясь кражи данных и пр.). В первую очередь VPN для пользователей — это средство доступа к привычным сервисам. В отношении кибербезопасности большинство пользователей декларируют безразличие, однако обладают отрывочными теоретическими знаниями, вплоть до запуска приложения MAX на виртуальной машине, когда им нужно воспользоваться (подробнее в прикрепленном файле).

Пользователи выражают опасения о слежке со стороны государства, что подталкивает их саботировать установку навязываемого мессенджера MAX и других российских приложений.

Имеет место своеобразная «запуганность» пользователей и плохая осведомленность в законодательстве, что провоцирует ложные представления о существующем положении дел. Например, в контексте переноса ответственности с распространения запрещенной информации на её потребление (закон об ответственности за умышленный поиск экстремистских материалов и признании VPN отягчающим обстоятельством), VPN возвращается к первоначальному назначению, то есть к защите пользователя от наблюдения за его активностью в интернете со стороны провайдера и государства — однако пользователи этого сдвига всё ещё не замечают.

Отношение к блокировкам

Люди, использующие VPN в России, выбрали (осознанно или неосознанно) путь сопротивления цензуре. Блокировки и ограничения доступа к информации воспринимаются ими негативно, вызывают раздражение, усталость и ощущение деградации цифровой среды.

Официальный государственный дискурс, объясняющий введение цензуры мерами защиты детей, противодействия экстремизму или укрепления суверенитета, не воспроизводится информантами ни в критике, ни в попытке оправдания блокировок. Это позволяет предположить, что средний пользователь VPN в России не верит в нарративы пропаганды.

Информанты усматривают за проводимой политикой исключительно интересы государства, вступающие в конфликт с их собственными интересами, заключающимися в свободном доступе к информации и сохранении приватности в интернете.

Эксперты выделяют парадоксальность ситуации, при которой попытки государства добиться контроля над распространением и потреблением информации, подталкивают людей к объединению в противодействии цензуре. Люди не ищут пути обхода в индивидуальном порядке, а формируют множество маленьких и больших сетей взаимопомощи: они советуют друг другу работающие сервисы, используют информацию от доверенных лидеров мнений, делятся ключами от VPN с родными и близкими, создают VPN-кооперативы на десятки человек.

Проблемы с блокировками становятся уникальной точкой солидарности, актуализируют общность трудностей людей на бытовом уровне и формируют рутинную практику неподчинения. Таким образом, по мнению экспертов, политика блокировок в России, если не контрпродуктивна, то как минимум имеет крайне неоднозначные результаты в обществе.